just_try (am1975) wrote,
just_try
am1975

Categories:
  • Mood:

Рождественские истории. Миндаль в сахаре

Так уж получается, что рождественские истории почему-то носят у меня гастрономический характер с горьковатым привкусом экзистенциальной безысходности. И так уж получается, что героями этих историй становятся личности разной степени маргинальности, что совершенно не исключает наличия у них определенного шарма и воли к жизни.

Так уж получается, что и тот случай, о котором я хочу рассказать сегодня, тоже имеет отношение к человеку, находящемуся на тёмной стороне луны - НЕуспешному,Неустроенному и почти пропащему. Может, каждый видит то, что хочет видеть. Может , это мне такие попадаются. Но история сама по себе настолько светлая, настолько жизнеутверждающая, что не могу не поделиться.

Просто потому, что короткий этот эмоциональный росчерк на морозном, засыпанном непривычным, крупинчато-сочным снегом полотне декабрьской ночи поднял настроение мне. Может быть и кому-то из вас после рассказанного мной эпизода станет немножко теплее. Даже если чуть-чуть. Этого будет уже достаточно.

Дело было вечером. И не так, чтобы делать было особо нечего, но ... Рождество же на носу. В городе льются реки глинтвейна, сверкают фонарики, подмерзающие продавцы в рождественских палатках, притопывая и прихлопывая, компенсируют недостаток тепла избытком оптимизма. Народ носится с кипами разноцветных пакетов, докупает последние подарки и в принципе уже находится в отпуске. И снег, снег, снег. Его здесь давно не было в таких количествах, и от этого создается ощущение "через край" - слишком холодно, слишком светло, слишком непривычно.

Рядом с очень дорогим магазином в самом центре города сидит калека. Я не знаю, как называется это заболевание -коротенькие ручки и ножки при совершенно пропорциональном, взрослом теле, слегка сплюснутая голова, размытые , нечеткие черты лица - как слепок или фотография не в фокусе. Перед ним стоит жестянка, в которую прохожие скидывают ненужные медяки. Какая-то еще табличка стоит из серии "поможите, сами мы не местные, ночевали на вокзале...". Сидит он там сколько я себя помню. Давно сидит. К нему привыкли , как к детали интерьера. Вот магазин. Вот витрина. Вот калека.

Может быть, кто-то его и жалеет совершенно искренне. И денежку кидает от души. Что касается меня, я совершенно лишена всяческих иллюзий на этот счёт. Это жёсткий бизнес, которым владеют совсем другие , вполне здоровые, циничные и расчетливые люди. Когда -то в пору журналистской юности я делала большой репортаж о московских калеках, поводом к которому послужило мое искреннее сострадание к маленькой девочке, сидевшей в грязи на многолюдной московской площади. Кончится эта история могла очень плохо и... я расскажу как-нибудь в другой раз. С тех пор у меня атрофировано чувство жалости по отношению к попрошайкам всех мастей. Но это так, ремарка . Некий личностный оттенок. Речь не обо мне.

Сидит он, значит, себе и сидит. А народ идет себе мимо. Мы стоим в двух шагах от него, ждем приятеля. Из магазина выходит мужчина лет 40-ка и с ним -мальчик лет 5-6. Мальчик одет в дизайнерскую курточку, стильную шапку и смешные бежевые рукавички, отороченные овечьей шерстью. Мужчина нагружен пакетами. У мальчика в руках мягкая игрушка - слонёнок с пышным голубым бантом на шее. Рядом с магазином, в десяти метрах, рождественские палатки, где продаются всякие сладости.

-Папа,пойдем купим что -нибудь? Давай яблоко в сахаре? Или нет, лучше миндаль?, -звенит тоненький мальчишечий голосок.



-Да, сейчас. Подожди, только вещи переложу, -отвечает папа, останавливаясь у выхода и пытаясь ловким движением сделать из пяти пакетов два. Справившись с задачей, он достает сигареты, прикуривает и видимо настраивается на пятиминутную паузу после длительного рождественского марафона. Мальчик смотрит на калеку, сидящего совсем рядом -только руку протяни.

-Папа, а ...его кто-то в Рождество будет поздравлять?, - бормочет мальчик трагическим шёпотом, который слышен даже сквозь гремящую музыку и гомон людского водоворота на улице, - Ему же холодно наверное и кушать хочется?
Давай ему купим что-нибудь?

-Кевин, понимаешь.., -папа говорит ребенку на ухо, так что мне издалека не слышно, - но ты прав конечно же...пойдем...

При этом его слегка раскосое , грубоватое и внешне совершенно неинтересное лицо, диссонирующее с дорогой и очень эффектной одеждой, как-то смягчается и во взгляде появляется некая...гордость что ли...не знаю.

Папа грациозным и очень эстетским движением отшвыривает окурок и, взяв сына за руку, удаляется по направлению к палаткам. Есть такие мужчины, которые даже сигарету тушат так, словно это произведение искусства. Такие с одинаковой ловкостью управляются с рыбными ножами и запонками, с пыльными антикварными фолиантами и оружием...Красиво и весьма изысканно.

Мы продолжаем переминаться с ноги на ногу, подпрыгивая от холода и проклиная опоздывающего приятеля. Минут через десять в поле зрения появляется давешний стильный папа с мальчиком. В руках у юного любителя сладостей помимо уже известного слонёнка два пакетика с засахаренными миндальными орешками -одним из любимых рождественских лакомств немецких детей (да и взрослых тоже).



Один из пакетиков уже открыт и парнишка, сняв меховую рукавичку, поминутно закидывает сладости в рот. Делать это одной рукой очень трудно, так как в другой руке, еще и облаченной в рукавицу - пресловутый слонёнок и второй пакет.

Ребенок самостоятельно подходит к калеке и протягивает ему запечатанный пакетик с миндалем. Папа стоит в сторонке и совершенно спокойно наблюдает.

- На, это тебе! Я не знал, любишь ли ты яблоки. Но миндаль любят все. Он еще горячий и очень вкусный. С Рождеством!

На детской мордочке -ни тени брезгливости, отвращения, отторжения. Только совершенно детское , очень искреннее желание, чтобы в Рождество праздник был у всех вокруг, у каждого.

Калека вздрогнул. Поднял глаза, улыбнулся, протянул руку.

-Спасибо! Миндальные орешки -любимое лакомство. Я в детстве очень любил. Как звать тебя?
-Кевин

-Кевин, ты как Weihnachtsmann ( прим. - аналог нашего деда Мороза). Приносишь подарки и выполняешь сокровенные желания. Знаешь, я так мечтал о миндальных орешках...Спасибо!
-Здорово! Я тебе еще как-нибудь принесу.

И ребенок вприпрыжку понесся к папе, чуть не уронив на бегу своего слонёнка, которого он в течение всего двухминутного разговора нежно прижимал к себе. Папа.. папа даже в лице изменился. Словно прожектором подсветили. Легко перехватил необъятные пакеты, и, обняв сына, пошел по направлению к парковке.

Мы стояли совсем рядом. Я посмотрела на нищего. Он сидел, выпрямившись, с высоко поднятой головой. В одной руке был пакетик с миндалем. На секунду мне показалось, что в уголках его глаз что-то блеснуло. А может это просто падавший снег...

Tags: Германия, Судьбы на пути, мои рабочие тетради
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →